История

 

Краткий очерк возникновения и истории Отдельного Корпуса Пограничной Стражи

 С 15 (27) октября 1893 года берет свое начало четверть-вековая история Отдельного Корпуса Пограничной Стражи. В этот день император Александр III подписал указ об образовании Корпуса. Инициатором преобразования системы пограничного надзора выступил, бывший тогда министром финансов, Сергей Юльевич Витте. Вот как он сам рассказывает об обстоятельствах образования отдельного корпуса для охраны государственной границы: "Начальником пограничной стражи, которая находилась в ведении департамента таможенных сборов, являлся директор департамента таможенных сборов. Вице-директором этого департамента был генерал-лейтенант барон Ган, человек очень хороший, но вполне ничтожный.

  "Стычка с финляндскими контрабандистами" художник Худяков В.Г.
Бой чинов ОКПС с контрабандистами
Меня очень коробило то, что пограничная стража, состоящая из солдат, служащих на тех же самых основаниях, на которых служат солдаты всей армии, находится в непосредственном ведении гражданских лиц - чиновников. Таким образом, эти чиновники имели на солдат больше влияния, нежели их офицеры, что весьма естественно, потому что в конце концов начальники таможенных округов, подчиненные директору департамента таможенных сборов, были начальниками и пограничной стражи, находящейся в каждом округе.
Вследствие того, что военная часть находилась в ведении гражданских чинов, как бы ронялся престиж военного мундира.  Меня это коробило, по-видимому, это не нравилось и императору, потому что, когда я в первый раз имел случай заговорить с ним об этом, то император такой моей речи был очень рад. Император говорил мне, что он был бы, конечно, очень мне благодарен, если бы я пограничную стражу изъял из ведения чиновников, что он уже несколько раз раньше говорил об этом и с Бунге, и с Вышнеградским, но они всегда ему доказывали, что это совершенно невозможно, так как главная обязанность пограничной стражи - смотреть за контрабандой; все же контрабандное дело непосредственно касается таможенного дела; все таможенное дело находится в руках директора департамента таможенных сборов, а на местах - в ведении начальников таможенных округов.
Я позволил себе не согласиться с этим мнением моих предместников и очень усиленно занялся делом устройства пограничной стражи.  Конечно, я встретил сильное препятствие как в директоре департамента таможенных сборов, так и в инспекторе пограничной стражи генерал-лейтенанте Гане и вообще во всех гражданских чинах моего министерства. Но тем не менее эту реорганизацию я совершил и совершил очень просто: взял и сам начал разрабатывать положение об организации отдельного корпуса пограничной стражи, причем этот корпус пограничной стражи был совсем отделен от таможенного департамента.  Таким образом, собственно надзор за контрабандой и вообще всюду, где необходимо было проявить силу и даже пускать в ход оружие, являлся делом пограничной стражи; таможенное же дело должно было ограничиться только всеми теми операциями, которые производятся в таможнях пограничной стражи.
Итак, мною была проектирована такая организация.  Во главе стоит корпусный командир; у корпусного командира- начальник штаба. Затем штаб и канцелярия пограничной стражи, а также медицинская часть, подобно тому, как это существует во всех военных корпусах, но в несколько увеличенном виде, так как самый корпус пограничной стражи, несомненно, больше, нежели обыкновенный корпус войска.  Затем вся пограничная стража разделяется на округа; имеется начальник округа пограничной стражи. Потом округа разделяются на бригады, в которых имеются командиры бригад, а затем бригады делятся на отделы.
Таким образом, мною было составлено положение об организации пограничной стражи вполне на военном основании.  В составлении этого положения мне несколько помогли военные, к которым я тогда обращался, между прочим, и военное министерство.  Но так как все-таки пограничная стража имеет некоторое соприкосновение с департаментом таможни, то, конечно, министр финансов в конце концов должен был быть начальником как пограничной стражи, так и всего таможенного ведомства. Таким образом, соединение этих двух частей сосредоточивалось только в одном лице, а именно министре финансов.  Когда я все это положение доложил государю, то император очень меня благодарил за это и почти никаких изменений в этом положении не сделал.  Только относительно названия "Отдельного корпуса пограничной стражи" государь заметил мне: "Для чего называть "отдельным"- прямо назвать: "Корпус пограничной стражи"".  Я сказал государю, что название это мною заимствовано, потому что когда были корпуса, которые составляли совершенно отдельную военную единицу, то они всегда назывались "отдельными" корпусами. Так, например, в последнюю турецкую войну на Кавказе был "отдельный" корпус, и начальником "отдельного" корпуса был Лорис-Меликов, который впоследствии за эту войну получил графство.  На это государь император сказал, что тем не менее Лорис-Меликов был подчинен кавказскому наместнику - великому князю Михаилу Николаевичу.  Во всем же остальном государь вполне одобрил это положение и пожелал, чтобы министр финансов был шефом пограничной стражи. 
Сделал он это, очевидно, для того, чтобы оказать мне внимание за сделанное мною преобразование.  Тогда явился вопрос: кого назначить корпусным командиром?  По указанию генерала Ванновского я выбрал трех лиц, причем по предыдущей деятельности из этих трех лиц мне более всех был симпатичен генерал Свиньин, потому что он был боевым генералом, который очень отличился при взятии Плевны (потом он был начальником гвардейской артиллерии).  Государь император знал всех, в том числе и Свиньина, и со своей стороны одобрил назначение Свиньина корпусным командиром, сказав мне, что это очень хороший выбор и что он его лично знает.
Сделав это преобразование пограничной стражи, я в течение всего времени, пока был министром, особенно сердечно относился именно к этой части, находящейся в моем ведении. Может быть, именно потому, что я не был военный - мне было приятно иметь в своем ведении целый корпус войска, может быть, чувство это было у меня потому, что я сам уроженец Кавказа, жил на Кавказе до 16 лет, когда происходили непрерывные войны, постоянно был среди военных у дяди моего генерала Фадеева и постоянно встречал выдающихся в России военных людей,- во всяком случае, факт тот, что я очень занимался пограничной стражей и со своей стороны чувствовал, что я очень любим всем офицерством и вообще всеми чинами пограничной стражи.  Мне приходилось довольно часто бывать на смотрах пограничной стражи и играть роль военачальника, хотя должен сказать, что роль эта всегда меня очень стесняла.  Впоследствии император Николай II дал мне особый полувоенный мундир шефа пограничной стражи, который имеют право теперь надевать все шефы пограничной стражи".
Так была реорганизована система охраны западных и южных границ империи. Иные причины послужили толчком для возникновения соединений пограничных войск на Дальнем Востоке. К этой работе был причастен тот же Сергей Юльевич Витте:  "Затем при постройке Великого Сибирского пути, когда мы получили концессию на постройку дороги через Маньчжурию (по направлению от Читы к Владивостоку), я ввел там охранную стражу, которая состояла из отставных военных или военных действительной службы, преимущественно из пограничников, которые временно как бы вышли в отставку для того, чтобы поступить в охранную стражу, так как непосредственно военных на Восточно-Китайской дороге держать было невозможно.  Затем уже через несколько лет мы начали, так сказать, действовать более открыто, и эту охранную стражу я преобразовал в округ пограничной стражи, так называемый Заамурский округ пограничной стражи,- это один из самых больших округов.  Этот Заамурский округ пограничной стражи сыграл выдающуюся роль во время последней японской войны. Все военачальники, без исключения, не могли нахвалиться офицерами и солдатами этой пограничной стражи Заамурского округа, что, впрочем, вполне понятно, так как, с одной стороны, это были точно такие же солдаты, точно такие же офицеры, как и остальные, но только они были более правильно сформированы, не так, как это было сделано в нашей действующей армии, где были собраны служащие различных сроков и друг друга не знающие. С другой стороны, это были люди, которые жили в Маньчжурии еще до войны, следовательно, привыкли к этой местности - знали хорошо ее.
         К сожалению, тогда я уже не был министром финансов и не имел удовольствия, так сказать, ощущать заслуг той части войска, которую мне привелось организовать".
 
Похоже, что возникновение Заамурского округа Пограничной стражи и служба его чинов было единственным в мире примером, организации войска и несения им службы за пределами границ своего государства. 
Заамурский округ ОКПС был образован из Охранной стражи КВЖД в феврале 1901 года. До 1904 года в состав Отдельного Корпуса Пограничной Стражи входили 31 пограничная бригада, два особых пограничных отдела, крейсерская флотилия, состоявшая из десяти крейсеров, Заамурский пограничный округ, состоявший из 6 конных и 6 пеших полков, 6 конных батарей и 6 железнодорожных батальонов, 25 учебных команд.  В середине ноября 1905 года первый командир отдельного корпуса пограничной стражи генерал от артиллерии Александр Дмитриевич Свиньин обратился с докладом к шефу пограничной стражи министру финансов России Ивану Павловичу Шипову: "Ввиду настоятельной необходимости для Отдельного корпуса пограничной стражи иметь свой печатный орган, который мог бы служить для объявления разного рода распоряжений и предназначался бы для литературной разработки вопросов, относящихся к пограничной и строевой службе Корпуса, с целью содействовать обмену мнениями по этим, а также по другим вопросам, имеющим отношение к специальной службе пограничной стражи, испрашиваю Вашего разрешения на издание при штабе Корпуса журнала "Пограничник"... с января 1906 года".
Министру финансов в свою очередь обратился за высочайшим соизволением, после получения которого, подписал соответствующий приказ, согласно которому в январе 1906 года в Петербурге вышел в свет первый номер журнала "Пограничника".  В годы русско-японской войны 1904-1905 годов части Заамурского округа ОКПС, наряду с выполнением своей основной задачи по охране КВЖД, принимали активное участие в боевых действиях. Ими было предотвращено 128 железнодорожных диверсий и выдержано более 200 боевых столкновений с противником. Постоянной боевой готовности требовали практически ежедневные стычки с хунхузами (бандитами-китайцами), промышлявшими в полосе отчуждения КВЖД.  После окончания боевых действий на Дальнем Востоке, согласно Портсмутскому мирному договору с Японией, Россия могла иметь до 15 человек охраны на 1 км железной дороги, включая в это количество и железнодорожных рабочих. Указом от 14 октября 1907 года численность Заамурского округ была сокращена и составила: 54 роты, 42 сотни, 4 батареи и 25 учебных команд. Эти войска были организованы в 12 отрядов, составивших 3 бригады.  22 января 1910 года войска Заамурского округа были вновь реорганизованы и сведены в 6 пеших, 6 конных полков, в составе которых имелось 60 рот и 36 сотен с 6 пулеметными и 7 учебными командами. В состав округа входили также 4 артиллерийских батареи, саперная рота и ряд других подразделений. Подобное штатное расписание Заамурского округа сохранялось до 1915 года.  13 июля 1914 г. звание шефа ОКПС было заменено на звание главноначальствующего над ОКПС.  С началом всеобщей мобилизации, после объявления Германией войны России, части Отдельного Корпуса Пограничной Стражи, кроме 29, 30 и 31-й, бригад, расположенных в Закавказье и Средней Азии, были развернуты применительно к общеармейским штатам военного времени и перешли в подчинение Военного ведомства. Первыми павшими за Отечество в Великую войну были чины Пограничной стражи штабс-ротмистр Рамбиди и вахмистр Пристыжнюк 6-й Таурогенской пограничной бригады.         Из подразделений пограничных бригад были сформированы кавалерийские и пехотные пограничные полки, отдельные сотни, артиллерийские бригады, дивизионы и батареи. Весной 1915 года части Заамурского округа ОКПС почти в полном составе были переброшены на австрийский фронт. 
В составе Заамурского округа на территории Китая остались 3 пехотных батальона, 6 кавалерийских сотен, что значительно затруднило выполнение возложенных на округ задач. Ухудшающееся положение на фронтах привело еще к одному сокращению войск Заамурского округа ОКПС (август - сентябрь 1915 года) на КВЖД, после чего в округе осталось лишь 6 кадровых сотен. Для замещения убывших частей были организованы ополченческие дружины, состоявшие из лиц, годных к нестроевой службе. Общее руководство регулярными частями и ополченческими дружинами осуществляли генерал-майор Н.П. Переверзев и заместитель начальника штаба полковник А.М. Баранов. Революционные события 1917 года дезорганизовали ополченческие дружины и сделали невозможным охрану КВЖД. Стихийная демобилизация армии весной 1918 года отразилась и на Заамурском округе, что позволило хунхузам безнаказанно разбойничать в полосе КВЖД. В июле 1920 года охранная стража КВЖД официально прекратила существование.  1 января 1917 г. ОКПС был переименован в Отдельный пограничный корпус (ОПК), округа и бригады пограничной стражи - в пограничные округа и бригады, стражники - в пограничников.
С началом февральской революции 1917 г. обстановка на границе и в ОКПС резко изменились 27 февраля 1917 г. штаб Корпуса заняла группа революционных солдат, вывесивших на дверях штаба ОПК объявление - "Все старшие чины штаба до особого распоряжения освобождаются от своих обязанностей и пусть сидят дома". В начале марта 1917 г. подразделения и части ОПК и Финляндской пограничной охраны получили телеграммы с извещением, что власть в Петрограде перешла к Временному исполнительному комитету Государственной Думы под председательством М.В. Родзянко. Пограничников просили сохранять полное спокойствие, исполнять свой долг, твердо помня, что дисциплина и порядок необходимы, прежде всего. Однако, уже 5 марта 1917 г. начались демобилизации служащих управления ОПК. Решением собрания солдат и служащих управления были отстранены от занимаемых должностей и уволены офицеры и генералы, не принявшие участия в Февральской революции, в том числе командир корпуса Н.А. Пыхачев, начальник штаба Кононов. Развалу пограничной стражи во многом способствовала и безответственность со стороны "свободной печати".
Одной из любимых газетных тем того времени стали нападки на армию и войска пограничной стражи. 27 июля 1917 г. в газете "Биржевые ведомости" была опубликована статья о пограничном корпусе. В статье заявлялось, что будто бы в Государственной Думе подсчитали, что за счет этих "преимущественно зевак и поддатчиков контрабандизма можно было содержать три корпуса воинов", что, конечно, не соответствовало действительности. Документы говорят о том, что в 1911-1913 гг. пограничники произвели 18969 задержаний и выемок нелегально провозимого товара при 9769 проносителях, изъяли контрабанды на сумму 792471 рубль, задержали при незаконном переходе границы 17967 нарушителей. Доходы государства в результате деятельности пограничников составляли: 1870 г. - 126, 1900 г. - 218, 1907 г. - 239. 1912 г. - 306, 1913 г. - 370 млн. рублей. На содержание ОКПС в 1913 г. было выделено 14 млн. рублей.  Интересен эпизод, связанный с воевавшими пограничниками и посетившим фронт А.Ф. Керенским. В.А. Дуров писал: "А.Ф.Керенский был дважды награждён солдатским Георгиевским крестом. Первый раз это произошло в мае 1917 г., когда военный министр посетил фронт. От имени офицеров и солдат 8-го Заамурского пехотного пограничного полка ему был передан серебряный крест с выгравированной на нём надписью "От 8-го Заамурского погр.пех.полка". Надо заметить, что настоящей наградой этот Георгиевский крест являться не мог, ибо был частной работы, без обозначения степени и номера - своеобразный "сувенир" популярному в тот момент политику.
Октябрьский переворот в Петрограде положил конец не только деятельности Временного правительства, но, по сути, стал началом конца Корпуса пограничной стражи. 30 марта 1918 г. при Наркомате финансов было образовано Главное управление пограничной охраны, пришедшее на смену Отдельному пограничному корпусу. Несмотря на смену названий, прежняя структура Отдельного пограничного корпуса еще продолжала функционировать. На имя командира Корпуса, а фактически начальнику Главного управления пограничной охраны генералу Г.Г. Мокасею-Шибинскому, приходили телеграммы. Он подписывал приказы о производстве в очередной чин, назначения на должности, направлял в командировки, организовывал перевод штаба Главного управления пограничной охраны из Петрограда в Москву.
К июлю 1918 г. в управлении работало до 90% бывших офицеров и военных специалистов, среди которых не было ни одного члена РКП (б). Это обстоятельство послужило одной из причин смещения с должности начальника Управления Г.Г. Мокасей-Шибинского. Военные комиссары, созданного 28 мая 1918 г. при Главном управлении пограничной охраны, Совета пограничной охраны П.Ф. Федотов и В.Д. Фролов, опираясь на "актив", провели совещание, на котором было отмечено, что Мокасей-Шибинский тормозит организацию пограничной охраны, на ответственные должности единолично назначает военных специалистов, в управлении не навел порядок, присущий советскому учреждению. Вывод - освободить от должности начальника управления Мокасей-Шибинского. Вместо него комиссары рекомендовали назначить заведующего пограничным и корчемным надзором С.Г. Шамшева, "как деятельного организатора и хорошего знатока специального дела пограничной охраны, и в то же время, безусловно, стоящего на платформе Советской власти и всецело сочувствующего РКП (б)". 
6 сентября 1918 г. Г.Г. Мокасей-Шибинский был освобожден от должности начальника Главного управления пограничной охраны и вместо него назначен С.Г. Шамшев. В сентябре 1918 г. Совет пограничной охраны сделал вывод о необходимости ликвидации пограничных частей и возбудил об этом ходатайство перед Председателем Военно-Революционного Совета (ВРС), который постановил: "Временную Ликвидационную комиссию учредить при Главном управлении пограничной охраны, (ей) закончить свои работы к 15 февраля 1919 г.". К этому дню закончилась история Отдельного корпуса пограничной стражи.  За время существования Отдельного корпуса пограничной стражи его командирами были: генерал от артиллерии А.Д. Свиньин (1893-1908 гг.), генерал от инфантерии Н.А. Пыхачев (1908-1917 гг.), генерал-лейтенант Г.Г. Мокасей-Шибинский (1917-1918 гг.).
В заключение можно привести любопытный исторический факт. Мало кто знает, что художественная коллекция братьев Павла Михайловича и Сергея Михайловича Третьяковых началась с покупки 22 мая 1856 года 24-х летним Павлом Михайловичем двух картин: картины художника Василия Григорьевича Худякова "Стычка с финляндскими контрабандистами" и картины Николая Шильдера "Искушение".  Таким образом, начало знаменитой Третьяковской галерее положило полотно, изображающее схватку чинов Пограничной стражи с чужеземными супостатами. 
 
Из воспоминаний С.Ю.Витте и исторических материалов о пограничной страже.

                                              

История зеленой фуражки
            

 
Среди тех, кто в нашей стране имел или имеет отношение к армейской службе, пожалуй, не многие гордятся цветом своих погон так, как пограничники. Зеленая фуражка по-прежнему является символом мужества, самоотверженности, преданности порученному делу, гордости за причастность к охране госграницы....

Возможно, потому, что в прошлом веке руководство пограничной стражей осуществлялось рачительным министерством финансов, с 1855 до 1898 г. существенных изменений в покрое и расцветке формы чинов пограничной стражи не происходило.

В 1893 году был учрежден Отдельный корпус пограничной стражи и министр финансов был назначен его шефом. В 1901 году для его гражданского мундира была введена папаха со светло-зеленым верхом и крестообразно нашитым золотистым галуном. Светло-зеленым верх папахи стал у офицеров, и у рядовых пограничной стражи. Тогда же, в 1902 году, тулья (верх) фуражки офицеров и рядовых корпуса тоже стала светло-зеленой.

Следовательно, 1902 год можно считать годом рождения цветов современной пограничной фуражки.

В 1911 г. фуражки этой расцветки были введены для офицеров и нижних чинов управлений и штаба корпуса пограничной стражи. Они носили такие фуражки и во время первой мировой войны.

Единая форма одежды советской погранохраны появилась в 1923 году. В 1924 году была определена расцветка фуражек. Цвет околыша для внутренней и пограничной охраны был выбран темно-синий, а для тульи фуражек бойцов внутренней охраны - краповый (темно-красный); для пограничной - светло-зеленый с малиновым кантом.

Обмундирование погранохраны отличалось от армейского также цветом петлиц и светло-зеленой окантовкой. Эту форму пограничники носили до 1938 года, когда ее сменили общевойсковая форма одежды и знаки различия - при сохранении традиционного зеленого цвета в петлицах и окантовке.

Знаменательный 1943 год вернул многие атрибуты дореволюционной русской армии: слово "офицеры", приветствие "здравия желаю (желаем)" и многие другие атрибуты дореволюционной русской армии. И конечно, погоны как знаки различия. Введение погон для НКВД было осуществлено особым Указом Президиума Верховного Совета и приказом наркома внутренних дел. Пограничники имели на них зеленые просветы и окантовку, а генералы носили зеленые лампасы на брюках, зеленую окантовку обмундирования и погон, папахи с зеленым верхом и фуражки «пограничной расцветки».

После Парада Победы И.В. Сталин заметил наркому внутренних дел: "Лаврентий, Верховным Советом СССР введена единая форма для всех генералов. А что, разве предусмотрены генералы НКВД?" Пришлось после этой реплики Сталина генералам погранвойск отпарывать лампасы и канты. В первые годы после смерти Сталина была введена общеармейская форма одежды "мирного времени". Но, несмотря на то, что светло - синий верх фуражек МВД и КГБ стал защитного цвета, пограничные фуражки устояли и на этот раз.

В 1957 году - очередная "реформа" формы. Она была приближена к европейскому, англизированному типу. Темно-синие брюки были заменены брюками защитного цвета. Для повседневного ношения появились рубашки с галстуками и открытые френчи с карманами, повседневные погоны в виде хлястиков защитного цвета.

Но известный октябрьский пленум ЦК КПСС 1957 года осудил деятельность Министра обороны маршала Жукова. В связи с этим приказ о новой форме одежды был "положен под сукно" и нарочито забыт, хотя никакими документами его не отменяли.

Приказ N 70 Министра обороны маршала Малиновского о новой форме одежды от 28 марта 1958 года в очередной раз сократил "форменный" набор. Пограничники утратили малиновую окантовку петлиц на воротниках шинелей рядового состава. Но цвета их фуражки, проводимая реформа, снова не коснулась.

Пожалуй, самые серьезные испытания для пограничной формы были в 1993-1994 годах, когда в масштабе России решалась задача удешевления и унификации военного обмундирования. Указом Президента Российской Федерации 23 мая 1994 года рядовому составу погранвойск предписаны погоны защитного цвета со светло-зелеными продольными полосками по краям. И если одноцветные фуражки офицеров Министерства обороны стали "украшать" излишними орнаментами" вокруг кокарды, золотистым подбородным шнуром и орлом на тулье, то на пограничной фуражке осталась кокарда прежних скромных размеров. Однако, сохранив цвет, пограничная фуражка изменила теперь форму.

С дореволюционных времен высота четвертинок тульи фуражек была 43-55 мм, в 20-е-30-е года даже меньше. К 1993 году высота четвертинки достигла 85 мм, значительно увеличился и диаметр донышка.

Вещевой службой пограничных войск в Центральное вещевое управление Министерства обороны были представлены соображения по форме одежды пограничников, в которых фуражки были оставлены без изменений. Министерство обороны восприняло эти соображения без обсуждения и сразу включило их в Указ Президента.

К сожалению, историей не сохранены имена людей - истинных защитников неприкосновенности пограничной фуражки (теперь единственной цветной) ни в былые годы, ни в наши дни.

Но авиация пограничных войск была все же лишена своего оригинального головного убора. Тогдашнее командование воздушных сил пограничных войск прельстила вновь вводимая темно-синяя форма ВВС Министерства обороны, частью которой оказалась и темно - синяя фуражка. Очевидно, кто-то, наделенный властью, посчитал, что зеленая тулья не может гармонировать с темно - синим цветом обмундирования, хотя с 1935 по 1943г. летный состав пограничных войск носил зеленые фуражки с синими тужурками и синими шинелями.

Возможно, кому-то это и пришлось по душе как нечто новое. Но, думаю, немало и тех, кто испытывают грусть, от того, что форма офицеров пограничной авиации лишилась своей традиционной оригинальности и стала такой же, как в ВВС. Это, как и переодевание летчиков морской авиации в «общеавиационный» мундир, все же отказ от традиций, который, что ни говори, редко бывает оправданным.

Зеленая фуражка. Ее не часто встретишь в городе, вдали от пограничных учреждений, но она сразу бросается в глаза, и при виде ее теплеют взгляды окружающих. Она, как и флотская бескозырка, символизирует постоянный нелегкий воинский труд. Вдали от Москвы, вдали от родного дома, в состоянии постоянной мобилизованности.


Статья из Геральдического сборника ФПС России.

 

 


Главная» История